Трясины, заводи в ольхе и тростниках,
– Это безобразие, он весь бархат на диване изотрет. Стелите ему, Настя, на полу, на том тюфячке, который я велела вам спрятать в большой сундук покойной барыни в коридоре.
Был спокоен, тих и ясен,
Темный ельник снегами, как мехом,
Торчит журавль над шахтой под горой.
Весь день метель. За дверью у соседа
Голос нежный и призывный!
Она ответила ровным голосом, глядя на него с легкой усмешкой:
Смугла, ланиты побледнели,
В голых рощах веял холод...
А когда наконец рассвело, послышалось под окнами сквозь гул и грохот вьюги уже совсем явственно, совсем не так, как всю ночь мерещилось, что кто-то подъехал, что раздаются чьи-то глухие голоса, а затем торопливый, зловещий стук в окно.
– Я не виновата, madame, что у меня хорошие волосы, – ответила Мещерская и чуть тронула обеими руками свою красиво убранную голову.
Распевают про весенний день.
Что весь мир я люблю, но люблю одиноко,
И все победней, ярче и пышней
В березовом лесу, где распевают птицы,
Идет, темнея, в сумрак летней ночи,
А жена сквозь тонкий гарус
Вдруг зашумели белые ряды
В сырой избушке шорника Лукьяна
