Впереди большак, подвода,
И сказала бесстрастно, с холодной улыбкой богиня:
В черном узоре ветвей – месяца рог золотой.
Заплакали чибисы, тонко и ярко
Вообразил тот край морской,
И всю ночь сижу от скуки
Ты чужая, но любишь,
Алел ты в зареве Батыя –
Ты раскрой мне, природа, объятия,
И снова светозарный сон,
И потупил ангельские очи.
На плоском взморье – мертвый зной и штиль,
Хотелось вместе с вихрем шумным
Зачем я должен радость этой муки,
Меж островов Архипелага
Озарен был сумрак мрачный
На земле ты была точно дивная райская птица
Я содрогаюсь, глядя на твои
И, молчанью внимая, я тихо склонялся
Этим ранним солнцем, дымом над селеньем,
