Татьяна мнет в руке бумажку,
Бессмертною рукой раздавленный зоил,
Все пленяет нас в Эсфири:
Бранись, ворчи, болван болванов,
Заря блестит невестой молодою,
Слышу умолкнувший звук божественной эллинской речи;
Зачем кричишь ты, что ты дева,
Бывало, прежних лет герой,
Юноша трижды шагнул, наклонился, рукой о колено
Юноша, полный красы, напряженья, усилия чуждый,
Вкруг я Стурдзы хожу,
Сияют ветхие главы
изданную с портретом Колосовой
Полу-фанатик, полу-плут;
Что не любить оно не может.
Вы нас морочите – вам слава не нужна,
Я дамой... – Крой! – Я бью тузом...
И ратник молодой вскипит и содрогнется
Мне страшно... И на жизнь гляжу печален вновь,
Пусть он, как бес перед обедней,
