Соседи

Оба отошли к окну и стали говорить о чем-то шепотом. И потому, как Власич нагнулся к ней и как она смотрела на него, Петр Михайлыч еще раз понял, что все уже непоправимо кончено и что говорить ни о чем не нужно. Зина вышла.