Мещане - Акт третий

Бессеменов. Выберут... видно по всему... Прихожу я, сидит он в управе... Слышу – поет, разливается – жизнь, говорит, трудная, надо, говорит, друг за друга держаться... все, говорит, сообща делать... артели, говорит... Теперь, дескать, все фабрика... ремесленникам жить нельзя врозь. Я говорю: жиды всему причина! Жидов надо ограничить! Губернатору, говорю, жалобу на них – ходу русским не дают, и просить его, чтобы выселил жидов. (Татьяна тихо отворяет дверь и бесшумно, пошатываясь, проходит в свою комнату.) А он это с улыбочкой такой и спрашивает: а куда девать тех русских, которые хуже жидов? И начал разными осторожными словами на меня намекать... Я будто не понимаю, но, однако, чувствую, куда он метит... мерзавец! Послушал – отошел прочь... Погоди, думаю, я тебе насолю... А тут Михайло Крюков, печник, подошел ко мне... знаешь, говорит, а головой-то, пожалуй, Досекину быть... и глядит вбок, конфузится... Хотел я сказать ему – ах ты. Иуда косоглазый...

Елена (входит). Здравствуйте, Василий Васильевич! Здравствуйте, Акулина Ивановна...

Бессеменов (сухо). А... вы-с? Пожалуйте... что скажете?

Елена. Да вот – деньги за квартиру принесла...

Бессеменов (более любезно). Доброе дело... сколько тут? Четвертная... Причитается мне еще с вас получить за два стекла в коридорном окне сорок копеек, да за петлю у двери в дровянике... кухарка ваша сломала... ну, хоть двадцать копеек...

Елена (усмехаясь). Какой вы... аккуратный! Извольте... у меня нет мелких... вот – три рубля...

Акулина Ивановна. Углей мешок вы брали... кухарка ваша.

Бессеменов. Сколько за угли?

Акулина Ивановна. За угли – тридцать пять...

Бессеменов. И всего – девяносто пять... Два с пятаком сдачи... пожалуйте! А насчет аккуратности, милая барыня, вы сказали справедливо. Аккуратностью весь свет держится... Само солнце восходит и заходит аккуратно, так, как положено ему от века... а уж ежели в небесах порядок, то на земле – тем паче быть должно... Да вот и сами вы – как срок настал, так и деньги несете...

Елена. Я не люблю быть в долгу...

Бессеменов. Распрекрасное дело! Зато всяк вам и доверит...

Елена. Ну, до свиданья! Мне надо идти...

Бессеменов. Наше почтение. (Смотрит вслед ей и потом говорит.) Хороша, шельма! Но все же, однако, с превеликим удовольствием турнул бы я ее долой с квартиры...

Акулина Ивановна. Хорошо бы это, отец...

Бессеменов. Ну, положим... Пока она тут... мы можем следить. А съедет, – Петрушка к ней шляться начнет тогда, за нашими-то глазами она его скорее может обойти... Надо принять в расчет и то, что деньги она платит аккуратно... и за всякую порчу в квартире бессловесно возмещает... н-да! Петр... конечно, опасно... даже очень...

Акулина Ивановна. Может, он жениться и не думает на ней... а просто так...

Бессеменов. Кабы знать, что так... то и говорить нам не о чем и беспокоиться не надо. Все равно, чем в публичные дома таскаться, – тут прямо под боком... и даже лучше... (Из комнаты Татьяны раздается хриплый стон.)

Акулина Ивановна (тихо). А?

Бессеменов (так же). Что это?

Акулина Ивановна (она говорит тихо, беспокойно озирается, как бы прислушиваясь к чему-то). В сенях будто...

Бессеменов (громко). Кошка, должно быть...

Акулина Ивановна (нерешительно). Знаешь, отец... хочу я тебе сказать...

Бессеменов. Ну, говори...

Акулина Ивановна. Не больно ли ты строго с Перчихиным-то поступил? Он ведь безобидный...