Ундина - Глава 9. О том, как рыцарь и его молодая жена оставили хижину

"Патер Лаврентий, священник Мариинской пустыни". – "Дельно;

Я же, просто сказать, свободный лесной обыватель;

Имя мне Струй; ремесла не имею; волен как птица;

Нет у меня господина; гуляю, и все тут. Однако

Нужно мне кое-что молвить вот этой красавице". С этим

Словом он прянул к Ундине, вдруг вырос, и подле

Уха ее очутилась его голова. Но Ундина

В страхе его оттолкнула, воскликнув: "Поди поскорее

Прочь; я более с вами не знаюсь". – "О! о! да какая ж

Замужем стала она спесивая! с нами, роднею,

Знаться не хочет! Да кто же, скажи мне, пожалуй, не я ли,

Дядя твой, Струй, малютку тебя на спине из подводной

Области на берег здешний принес? Позабыла?" – "Оставь нас,

Именем бога тебя умоляю, – сказала Ундина. –

Ты мне страшен; ты сделаешь то, что и муж мой дичиться

Станет меня, как скоро увидит с такою роднею". –

"Здесь я недаром; хочу проводить вас, иначе едва ли

Вам через лес удастся пройти безопасно. А этот

Патер уж знает меня; говорит он, что будто

Был я в лодке, когда он в воду упал; и, конечно,

Был я в лодке; я в эту лодку прянул волною,

Вырвал его из нее и на берег вынес, чтоб свадьбу

Можно было сыграть вам". Ундина и рыцарь при этом

Слове взглянули на патера: шел он, как будто в глубокий

Сон погруженный, не слыша того, что вблизи говорилось,

"Вот и лесу конец, – сказала дяде Ундина, –

Помощь твоя теперь не нужна, оставь нас; простимся

С миром; исчезни". Струй рассердился; он сделал такую

Страшную харю и так глазами сверкнул, что Ундина

Громко вскрикнула; рыцарь выхватил меч и хотел им

В голову Струя ударить, но меч по волнам водопада

С свистом хлестнул, и в воде как будто шипящий

Хохот раздался; рыцаря обдало пеной холодной.

Патер, вдруг очнувшись, сказал: "Я предвидел, что это

С нами случится, лесной водопад был так близко; и все мне

Мнилось до сих пор, что он живой человек и как будто

С нами шепчет". И, подлинно, рыцарю на ухо внятно

Вот что шептал водопад: "Ты смелый рыцарь, ты бодрый

Рыцарь; я силен, могуч; я быстр и гремуч; не сердиты

Волны мои; но люби ты, как очи свои, молодую,

Рыцарь, жену, как живую люблю я волну..." – и волшебный

Шепот, как ропот волны, разлетевшейся в брызги, умолкнул.

Кончился лес, и вышли в поле они: там имперский

Город лежал перед ними в лучах заходящего солнца.