Ундина - Глава 15. О том, как они ездили в Вену

Все еще поднятой вверх, как держала она ожерелье,

Бледная, страхом убитая, взор неподвижный, но полный

Слез устремив на Гульбранда, Ундина его слова роковые

Слушала; вдруг начала, как милый ребенок, который

Был без вины жестоко наказан, с тяжким рыданьем

Плакать и вот что сказала потом истощенным от горя

Голосом: "Ах, мой сладостный друг! ах, прости невозвратно!

Их не бойся; останься лишь верен, чтоб было мне можно

Зло от тебя отвратить. Но меня уводят; отсюда

Прочь мне должно на всю молодую жизнь... о мой милый,

Что ты сделал! ах, что ты сделал! о горе! о горе!.."

Тут из лодки быстро она в реку ускользнула:

В воду ль она погрузилась, сама ли водой разлилася,

В лодке никто не приметил; было и то и другое,

Было ни то ни другое. Следа не оставив, в Дунае

Вся распустилась она; но долго мелкие струйки

Около судна шептали, журчали, рыдая; и вслух доходили

Внятно как будто слова: "О горе! будь верен! о горе!.."

С жалобным криком рыцарь упал, и обморок сильный

Душу ему на минуту отвел от тяжелыя муки.