Конек-горбунок - Часть 3

Вновь пришел на окиян.

Вот конек бежит по киту,

По костям стучит копытом.

Чудо-юдо рыба-кит

Так, вздохнувши, говорит:

"Что, отцы, мое прошенье?

Получу ль когда прощенье?"

– "Погоди ты, рыба-кит!" –

Тут конек ему кричит.

Вот в село он прибегает,

Мужиков к себе сзывает,

Черной гривкою трясет

И такую речь ведет:

"Эй, послушайте, миряне,

Православны христиане!

Коль не хочет кто из вас

К водяному сесть в приказ,

Убирайся вмиг отсюда.

Здесь тотчас случится чудо:

Море сильно закипит,

Повернется рыба-кит..."

Тут крестьяне и миряне,

Православны христиане,

Закричали: "Быть бедам!"

И пустились по домам.

Все телеги собирали;

В них, не мешкая, поклали

Все, что было живота,

И оставили кита.

Утро с полднем повстречалось,

А в селе уж не осталось

Ни одной души живой,

Словно шел Мамай войной!

Тут конек на хвост вбегает,

К перьям близко прилегает

И что мочи есть кричит:

"Чудо-юдо рыба-кит!

Оттого твои мученья,

Что без божия веленья

Проглотил ты средь морей

Три десятка кораблей.

Если дашь ты им свободу,

Снимет бог с тебя невзгоду,

Вмиг все раны заживит,

Долгим веком наградит".

И, окончив речь такую

Закусил узду стальную,

Понатужился – и вмиг

На далекий берег прыг.

Чудо-кит зашевелился,

Словно холм поворотился,

Начал море волновать

И из челюстей бросать

Корабли за кораблями

С парусами и гребцами.

Тут поднялся шум такой,

Что проснулся царь морской:

В пушки медные палили,

В трубы кованы трубили;

Белый парус поднялся,

Флаг на мачте развился;

Поп с причетом всем служебным

Пел на палубе молебны;

А гребцов веселый ряд

Грянул песню наподхват:

"Как по моречку, по морю,

По широкому раздолью,

Что по самый край земли,

Выбегают корабли..."

Волны моря заклубились,

Корабли из глаз сокрылись.

Чудо-юдо рыба-кит

Громким голосом кричит,

Рот широкий отворяя,

Плесом волны разбивая:

"Чем вам, други, услужить?

Чем за службу наградить?

Надо ль раковин цветистых?

Надо ль рыбок золотистых?

Надо ль крупных жемчугов?

Все достать для вас готов!"

– "Нет, кит-рыба, нам в награду

Ничего того не надо, –

Говорит ему Иван, –

Лучше перстень нам достань –

Перстень, знаешь, Царь-девицы,

Нашей будущей царицы".

– "Ладно, ладно! Для дружка

И сережку из ушка!

Отыщу я до зарницы

Перстень красной Царь-девицы", –

Кит Ивану отвечал

И, как ключ, на дно упал.

Вот он плесом ударяет,

Громким голосом сзывает

Осетриный весь народ

И такую речь ведет:

"Вы достаньте до зарницы

Перстень красной Царь-девицы,

Скрытый в ящичке на дне.

Кто его доставит мне,

Награжу того я чином:

Будет думным дворянином.

Если ж умный мой приказ

Не исполните... я вас!"

Осетры тут поклонились

И в порядке удалились.

Через несколько часов

Двое белых осетров

К киту медленно подплыли

И смиренно говорили:

"Царь великий! Не гневись!

Мы все море уж, кажись,

Исходили и изрыли,

Но и знаку не открыли.

Только ерш один из нас

Совершил бы твой приказ:

Он по всем морям гуляет,

Так уж, верно, перстень знает;

Но его, как бы назло,

Уж куда-то унесло".

– "Отыскать его в минуту

И послать в мою каюту!" –

Кит сердито закричал

И усами закачал.

Осетры тут поклонились,

В земский суд бежать пустились

И велели в тот же час

От кита писать указ,

Чтоб гонцов скорей послали

И ерша того поймали.

Лещ, услыша сей приказ,

Именной писал указ;

Сом (советником он звался)

Под указом подписался;

Черный рак указ сложил

И печати приложил.

Двух дельфинов тут призвали

И, отдав указ, сказали,

Чтоб от имени царя

Обежали все моря

И того ерша-гуляку,