Ровным строем катит по дороге к парку отряд мороженщиков.
Идет по дороге отряд бутербродно-конфетных лоточниц.
Широкая, врезавшаяся клином в лес поляна с островками густой зелени. На пятитонке играет, поблескивая медными трубами, оркестр духовой музыки. Кружатся танцующие пары. Сквозь просветы между громоздкими белыми облаками светит солнце.
По опушке под деревьями и кустарником расположились веселые отдыхающие группы.
От опушки к чаще кустов, в тень, осторожно подъезжает легковой "ЗИС".
Выскакивают из него с кульками, с провизией, с сумками взрослые и ребята.
Мимо "ЗИСа" идут полковник Александров и Женя.
Женя (неуверенно):
– Я я думаю, что Тимура здесь нет... Они, наверное, опять на работе.
Полковник:
– А ты завтра пойдешь на работу?
Женя (отрицательно мотает головой):
– Нет. (Пауза.) Если они там, я к ним пойду сегодня.
На пне под кустом стоит патефон.
На траве, на скатерти, закуска. Тут же, прислонившись к дереву, сидит задремавший дедушка.
Молодой человек призывного возраста (наклонившись к молодой девушке):
– Идем! Мы только немножко потанцуем и вернемся обратно.
Девушка:
– Да, но тогда нужно разбудить дедушку.
Стоя напротив, они берутся за руки и, счастливо улыбаясь, смотрят в глаза друг другу.
Хруст шагов – и, испуганно разжав руки, они прячут их за спину.
Невдалеке показались полковник Александров и Женя.
Женя (прижимаясь к отцу):
– Папа, а ты мне патефон подаришь?
Полковник:
– Сказано.
Женя:
– Слово?
Полковник:
– Слово!
Женя (лукаво):
– А какое? Бывает слово пионерское, комсомольское, красноармейское...
Полковник (полушутя):
– Мое – бронетанковое.
Женя (удовлетворенно):
– О! Это, конечно, тяжелое и верное слово!
В тени дерева около машины стоят два бледных человека... Один из них, напряженно слушая радио, машет рукой в сторону духового оркестра.
Оркестр продолжает играть.
Около "ЗИСа" стоит уже человек двадцать... Подбегают еще люди... И уже многие отчаянно машут оркестру руками. Но дирижер стоит спиною, он не видит, и оркестр продолжает играть. Ближайшие танцующие пары, обрывая танец, бегут к "ЗИСу".
Кто-то дернул дирижера за ногу. Он останавливается, на его лице недоумение.
Он растерянно машет рукой, музыка стихает.
В лесу молодой человек призывного возраста и девушка. Он говорит ей решительно:
– Идем! Мы только немного потанцуем и придем обратно.
Девушка:
– Да, но тогда нужно подойти и разбудить дедушку...
Молодой человек озорно подкрадывается к патефону, поднимает мембрану и пускает пластинку.
Дедушка открыл глаза, улыбнулся и увидел, как счастливая пара выскочила на поляну и, чем-то пораженная, остановилась.
Перед ними безмолвно замершая поляна. Все, сколько ни есть людей, стоят не шелохнувшись лицом к "ЗИСу".
Голос наркома из репродуктора:
"...Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города..."
Тревожный лязг металла о железный рельс.
Голос наркома продолжает:
"...Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие..."
...Рука с молотком тревожно бьет по рельсу.
Огород позади села.
Быстро поднимают головы женщины-полольщицы. И на тревожный звон бегут к селу.
Тимур, Нюрка, Симаков и другие ребята вскакивают с земли.
Тимур:
– Это не на обед... (Недоуменно.) Я не знаю, что это значит!
Нюрка: