Комендант снежной крепости - Текст произведения
Вовка останавливается перед другой дверью и звонит. Дверь осторожно отворяется. В щель просовывается рука. Рука хватает Вовку и бесцеремонно втаскивает в темную прихожую. Худенькая старушка теребит Вовку:
– Я тебя пустила на полчаса, а тебя нет два часа! Разбойник! Ты хочешь моей погибели!
– Нет, тетенька, я совсем не хочу вашей гибели, – заикаясь, лепечет Вовка.
– Ты кто? – изумляется старушка и зажигает свет.
– Я, тетенька, хотел спросить... нет ли тут у вас одной девочки?
Старушка выталкивает Вовку за дверь:
– Нет у нас никакой девочки! Хватит нам и одного мальчика!
Вовка снова пускается на поиски и звонит у третьей двери. За дверью слышна музыка. Кто-то играет на аккордеоне. Дверь распахивается – перед Вовкой стоит Женя Александрова. На ней просторный длинный халат.
– Тебе что? – спрашивает Женя.
– Я хотел спросить... Не живет ли здесь одна девочка?
– Я живу. Я девочка.
– Ты? А нет ли какой-нибудь еще в другом роде? – говорит Вовка, критически оглядывая Женю.
– Девочки в другом роде не бывают, – усмехается Женя. – Девочки все в одном роде.
– Это конечно. Но я хотел спросить... нет ли у вас тут такой... покрасивей?
– Ты глуп, и что тебе надо, я не понимаю! – вспыхивает Женя, захлопывает дверь и уходит в комнату.
Там ее сестра Ольга играет на аккордеоне и тихонько поет:
Летчики-пилоты... Бомбы, пулеметы.
Вот и улетели в дальний путь...
Ольга кладет аккордеон и спрашивает:
– Женя, я не пойму: ты на Тимура сердита?
– Не знаю... Он переменился, – с горечью говорит Женя. – Что же? Разве он на самом деле командир или начальник?
– Я не знаю, как сейчас... Но большим командиром этот Тимур когда-нибудь будет... Это кто приходил?
– Приходил какой-то мальчишка, спрашивал какую-то девчонку...
Женя сбрасывает халат. На ней замечательное, в звездах, платье. Она подошла к зеркалу, надела белокурый в локонах парик с мерцающими лучами, расходящимися от светлого обруча.
Это и есть та "голубая звезда", которая так нужна Саше.
В коридоре военного учреждения перед каким-то командиром, подтянувшись, стоит Тимур. Рядом с военным молодой, еще неуклюжий призывник.
– Скажите, если человек убит, ранен или пропал без вести... об этом с фронта в письме писать можно? – спрашивает Тимур.
– Можно, но не нужно! – отвечает военный. – Об этом только после проверки и кому нужно мы сообщаем сами.
Тимур хочет еще что-то спросить, но вдруг в глубине коридора он замечает няньку, которая идет и осматривает на дверях таблички.
– Можно, но не нужно? Спасибо! – поспешно говорит он и козыряет. – Больше мне ничего знать не надо, – четко повернулся и вышел.
– Товарищ, одерните ворот, поправьте ремень, – говорит военный призывнику, показывая на уходящего Тимура. – Смотрите, как нынче мальчишки-пионеры ходят...
Тем временем нянька, найдя нужную комнату, разговаривает там с военным о Максимове.
– Значит, Степан не убит? – спрашивает нянька.
Военный сочувственно и огорченно пожимает плечами.
– Тогда он, может, в плену?
– Вряд ли. – Военный быстро поправляется: – Капитан Максимов значится пока как пропавший без вести... Дети у него есть?
– Двое.
– Вы пришли, и я вам сказал, но детям его я бы советовал пока ничего не говорить... Да и жене не надо...
– Жены у него нет... Невеста.
– Невесте я бы несколько дней подождал говорить тоже.
– Значит, без вести?
Нянька поднимает на военного свое старое умное лицо и не то про себя говорит, не то спрашивает:
– Война?..