Тимур и его команда - Текст произведения
– Погоди! Чей дом?
– Дом красноармейца Павла Гурьева. Девчонка – его дочь, зовут Нюркой. Колотила ее бабка. Как зовут, не знаю. Коза серая, со спины черная. Зовут Манька.
– Козу разыскать! – приказал Тимур. – Пойдет команда в четыре человека. Ты... ты и ты. Ну все, ребята?
– В доме номер двадцать два девчонка плачет, – как бы нехотя сообщил Гейка.
– Чего же она плачет?
– Спрашивал – не говорит.
– А ты спросил бы получше. Может быть, кто-нибудь ее поколотил... обидел?
– Спрашивал – не говорит.
– А велика ли девчонка?
– Четыре года.
– Вот еще беда! Кабы человек... а то – четыре года! Постой, а чей это дом?
– Дом лейтенанта Павлова. Того, что недавно убили на границе.
– "Спрашивал – не говорит", – огорченно передразнил Гейку Тимур. Он нахмурился, подумал. – Ладно... Это я сам. Вы к этому делу не касайтесь.
– На горизонте показался Мишка Квакин! – громко доложил наблюдатель. – Идет по той стороне улицы. Жрет яблоко. Тимур! Выслать команду: пусть дадут ему тычка или взашеину!
– Не надо. Все оставайтесь на местах. Я вернусь скоро.
Он прыгнул из окна на лестницу и исчез в кустах. А наблюдатель сообщил снова:
– У калитки, в поле моего зрения, неизвестная девица, красивого вида, стоит с кувшином и покупает молоко. Это, наверно, хозяйка дачи.
– Это твоя сестра? – дергая Женю за рукав, спросил Коля Колокольчиков. И, не получив ответа, он важно и обиженно предостерег: – Ты смотри не вздумай ей отсюда крикнуть.
– Сиди! – выдергивая рукав, насмешливо ответила ему Женя. – Тоже ты мне начальник...
– Не лезь к ней, – поддразнил Гейка Колю, – а то она тебя поколотит.
– Меня? – Коля обиделся. – У нее что? Когти? А у меня – мускулатура. Вот... ручная, ножная!
– Она поколотит тебя вместе с ручною и ножною. Ребята, осторожно! Тимур подходит к Квакину.
Легко помахивая сорванной веткой, Тимур шел Квакину наперерез. Заметив это, Квакин остановился. Плоское лицо его не показывало ни удивления, ни испуга.
– Здорово, комиссар! – склонив голову набок, негромко сказал он. – Куда так торопишься?
– Здорово, атаман! – в тон ему ответил Тимур. – К тебе навстречу.
– Рад гостю, да угощать нечем. Разве вот это? – Он сунул руку за пазуху и протянул Тимуру яблоко.
– Ворованные? – спросил Тимур, надкусывая яблоко.
– Они самые, – объяснил Квакин. – Сорт "золотой налив". Да вот беда: нет еще настоящей спелости.
– Кислятина! – бросая яблоко, сказал Тимур. – Послушай: ты на заборе дома номер тридцать четыре вот такой знак видел? – И Тимур показал на звезду, вышитую на своей синей безрукавке.
– Ну, видел, – насторожился Квакин. – Я, брат, и днем и ночью все вижу.
– Так вот: если ты днем или ночью еще раз такой знак где-либо увидишь, ты беги прочь от этого места, как будто бы тебя кипятком ошпарили.
– Ой, комиссар! Какой ты горячий! – растягивая слова, сказал Квакин. – Хватит, поговорили!
– Ой, атаман, какой ты упрямый, – не повышая голоса, ответил Тимур. – А теперь запомни сам и передай всей шайке, что этот разговор у нас с вами последний.
Никто со стороны и не подумал бы, что это разговаривают враги, а не два теплых друга. И поэтому Ольга, державшая в руках кувшин, спросила молочницу, кто этот мальчишка, который совещается о чем-то с хулиганом Квакиным.
– Не знаю, – с сердцем ответила молочница. – Наверное, такой же хулиган и безобразник. Он что-то все возле вашего дома околачивается. Ты смотри, дорогая, как бы они твою сестренку не отколошматили.