Отверженные - Часть пятая - ЖАН ВАЛЬЖАН. Книга девятая. ГЛУБОЧАЙШИЙ МРАК РОДИТ ЗАРЮ - 4. Чернила, которые, вместо того чтобы очернить, обеляют, страница 1059
– Разве господин барон не читал моего письма?
Это было почти верно. Дело в том, что Мариус почти не обратил внимания на содержание письма. Он видел и узнал почерк, но почти не видел письма. Он почти ничего не помнил из того, о чем ему писали. И только в эту минуту ему был сделан новый намек. Он обратил внимание на эту подробность: "Моя жена и дочь". И он устремил на неизвестного проницательный взгляд. Судебный следователь, и тот не мог бы смотреть лучше его. Он, точно желая поймать собеседника на слове, ограничился ответом:
– Объяснитесь.
Неизвестный засунул руки в карманы, поднял голову, не выпрямляя своего спинного хребта, и в свою очередь испытующе взглянул на Мариуса сквозь свои зеленые очки.
– Хорошо, господин барон. Я объяснюсь. Я хочу продать вам тайну.
– Тайну?
– Тайну.
– Она меня касается?
– Немножко.
– Что же это за тайна?
Мариус все более и более вглядывался в стоявшего перед ним субъекта, продолжая в то же время внимательно слушать.
– Я вам расскажу – начало бесплатно! – сказал незнакомец. – Вы сами убедитесь, насколько это интересно.
– Говорите.
– Господин барон, вы держите у себя вора и убийцу.
Мариус вздрогнул.
– Я? Нет, – сказал он.
Незнакомец совершенно спокойно провел локтем по своей шляпе, а затем продолжал:
– Убийцу и вора. Заметьте, господин барон, что я говорю не о временах давно минувших, не о таких, которые перед законом сглаживаются за давностью времени, а перед Богом раскаянием. Я говорю о том, что было недавно, о делах, до сих пор еще неизвестных правосудию. Я продолжаю. Этот человек сумел заслужить ваше доверие и почти что втерся в вашу семью под ложным именем. Я хочу сказать вам его настоящее имя. И я скажу вам его бесплатно.
– Я слушаю.
– Его зовут Жаном Вальжаном.
– Я это знаю.
– Я скажу вам, и тоже бесплатно, кто он такой.
– Говорите.
– Это беглый каторжник.
– Я это знаю.
– Вы это узнали сейчас, когда я сказал вам об этом.
– Нет. Я знал это раньше.
Холодный тон Мариуса, два раза подряд повторившего: "Я это знаю", его лаконизм, отрывистая речь вызвали в незнакомце какой-то тупой гнев. Он украдкой бросил на Мариуса свирепый взгляд и тотчас же опять опустил глаза. Как ни быстро это произошло, он не ускользнул от Мариуса. Взгляд этот был таков, что, однажды увидев его, забыть его невозможно. Подобные взгляды могут бросать только низменные люди, они вспыхивают в зрачке, играющем в данном случае роль зеркала души; очки не в состоянии что-либо скрыть, это все равно, что пытаться загородить стеклом ад.
Незнакомец отвечал с улыбкой:
– Не смею спорить с господином бароном. Во всяком случае, как видите, я хорошо осведомлен. Но то, что я вам хочу теперь сказать, известно только мне. От этого зависит счастье госпожи баронессы. Это чрезвычайная тайна. Я ее продаю. Но сначала я предлагаю ее вам. И возьму за нее дешево – всего двадцать тысяч франков.
– Я знаю эту тайну точно так же, как и все остальные тайны, – сказал Мариус.
Незнакомец счел нужным сбавить немного цену.
– Господин барон, дайте десять тысяч франков, и я вам все скажу.
– Повторяю вам, что вам нечего говорить мне. Все, что вы можете мне сказать я знаю.
В глазах незнакомца блеснула новая молния, и он вскричал:
– Но нужно же мне сегодня обедать! Это очень важная тайна, повторяю вам. Господин барон, я начинаю говорить. Я говорю. Дайте мне двадцать франков. Всего двадцать франков, в конце концов.
Мариус пристально взглянул на него: