Отверженные - Часть первая - ФАНТИНА. Книга седьмая - ДЕЛО ШАНМАТЬЕ - 6. Сестра Симплиция подвергается испытанию, страница 187
И, не двигаясь, не поворачивая даже головы, она стала осматривать комнату широко раскрытыми, веселыми глазами – и не сказала больше ни слова.
Сестра задернула полог, в надежде, что она задремлет.
Между семью и восемью часами опять пришел доктор. Не слыша ни звука, он думал, что Фантина спит, и на цыпочках подошел к ее кровати. Он отдернул занавес и при свете ночника увидел устремленные на него большие глаза Фантины.
– Не правда ли, доктор, – сказала она ему, – мне позволят положить ее рядом со мной в маленькой кроватке?
Доктор думал, что она бредит. Но она продолжала:
– Посмотрите-ка, тут как раз есть местечко.
Доктор отвел в сторону сестру Симплицию, которая все объяснила ему: господин Мадлен уехал дня на два или на три, и не решились разубеждать больную, которая уверена, что господин мэр уехал в Монфермейль; быть может, впрочем, она и верно отгадала. Доктор одобрил сестру.
Он приблизился к постели Фантины.
– Вот видите ли, – говорила она, – утром, когда моя бедная девочка проснется, я с ней тотчас поздороваюсь, а ночью, когда мне не спится, буду смотреть, как она спит. Ее дыхание, такое тихое и сладкое, принесет мне облегчение.
– Дайте мне вашу руку, – сказал доктор. Она протянула руку и воскликнула смеясь:
– Ах, правда, вы ведь еще не знаете, что я выздоровела. Козетта завтра приезжает.
Доктор был поражен. Ей было гораздо лучше. Одышка уменьшилась. Пульс стал полнее. Прилив новой жизни вдруг оживил это бедное истощенное существо.
– Доктор, – промолвила она, – сестра ведь сказала вам, что господин мэр поехал за моей крошкой?
Доктор приказал соблюдать спокойствие и избегать всякого неприятного возбуждения. На случай если лихорадочное состояние усилится ночью, он прописал успокоительное питье. Он ушел, сказав сестре: "Ей гораздо лучше. Если, по счастью, господин мэр в самом деле приедет завтра с ребенком, тогда кто знает?.. Бывают такие удивительные кризисы! Случалось, что великие радости вдруг останавливали ход тяжких болезней; правда, у нее болезнь органическая и очень сильно развившаяся, но все это такая тайна! Быть может, мы еще спасем ее".