Отверженные - Часть третья - МАРИУС. Книга третья - ДЕД И ВНУК - 7. Какая-нибудь юбка, страница 466

– Хорошо, – пробормотал он, еще не совсем опомнившись, – я выхожу здесь.

Потом, по мере того как прояснялась его память, он вспомнил о тетке, об ее десяти луидорах и о своем обещании прислать ей подробный отчет о похождениях Мариуса. Это рассмешило его.

"Может быть, Мариус уж давно сошел с дилижанса, – подумал он, застегивая мундир. – Он мог остановиться в Пуасси, мог выйти в Триеле, Мелане, Манте, если только не сошел в Рельбуазе или Пасси и не свернул налево в Эвре или направо в Ларош-Гюйон. Попробуй-ка сама побегать за ним, любезная тетушка! Что же, черт возьми, напишу я этой доброй старухе?"

В эту минуту черные панталоны спускавшегося с империала пассажира показались в окне кареты.

"Уж не Мариус ли это?" – подумал поручик.

Это был действительно Мариус.

Около дилижанса молодая крестьянка, пробравшись между кучерами и лошадьми, предлагала путешественникам цветы.

– Купите цветов для ваших дам! – кричала она.

Мариус подошел к ней и выбрал самые лучшие цветы с ее лотка.

"Однако это становится интересно, – подумал, выскакивая из кареты поручик. – Кому, черт возьми, преподнесет он эти цветы? Для такого чудного букета нужна очень хорошенькая женщина. Я хочу взглянуть на нее".

И теперь уже не по поручению тетушки, а из желания удовлетворить свое собственное любопытство поручик последовал за Мариусом. Так иногда охотничьи собаки охотятся не для хозяина, а для себя лично, повинуясь инстинкту.

Мариус не обращал никакого внимания на Теодюля. Красивые женщины выходили из дилижанса: он не смотрел и на них. Казалось, он не видел ничего окружающего.

"Ну и влюблен же он!" – подумал поручик.

Мариус направился к церкви.

"Отлично! – пробормотал поручик. – Церковь! Лучше этого и не придумаешь. Свидания, немножко приправленные обедней, самые лучшие. Перемигиваться из-за молитвенника – какая прелесть!"

Подойдя к церкви, Мариус не вошел в нее, а свернул в проход около хор и исчез за углом одного из контрфорсов.

"Значит, свидание будет под открытым небом, – подумал поручик. – Ну, поглядим, какова девчонка".

И он на цыпочках пошел к углу, за которым скрылся Мариус.

Дойдя до него, он остолбенел.

Мариус, закрыв лицо руками, стоял на коленях на заросшей травой могиле. Он осыпал ее цветами из своего букета. На одном конце могильной насыпи, около небольшого возвышения, обозначавшего изголовье, стоял черный крест, на котором была надпись белыми буквами:

ПОЛКОВНИК БАРОН ПОНМЕРСИ

Слышны были рыдания Мариуса.

Вместо "девчонки" оказалась могила.