Отверженные - Часть третья - МАРИУС. Книга восьмая - МНИМЫЙ БЕДНЯК - 14. Полицейский агент дает адвокату два пистолета

Добравшись до дома No 14 на улице Понтуаз, Мариус поднялся на первый этаж и спросил полицейского комиссара.

– Полицейского комиссара нет в настоящую минуту – сказал писарь. – Вместо него здесь инспектор. Хотите поговорить с ним? У вас спешное дело?

– Да, – отвечал Мариус.

Тогда писарь провел его в кабинет комиссара. Человек высокого роста стоял за решеткой, прислонившись к печке и приподняв обеими руками полы своего широкого сюртука с тройным воротником; у него было квадратное лицо, твердый решительный рог с тонкими губами, густые свирепые бакенбарды с проседью и взгляд, способный выворотить ваши карманы. Это был взгляд не проницательный, а обшаривающий. У этого человека был почти такой же жестокий и опасный вид, как у Жондретта; иногда встретиться с догом так же страшно, как с волком.

– Что вам угодно? – спросил он Мариуса, не прибавив слова "господин".

– Я желал бы видеть полицейского комиссара.

– Он уехал. Я заменяю его.

– Дело секретное.

– Так говорите.

– И очень спешное.

– В таком случае говорите скорее.

Этот человек, спокойный и резкий, пугал и в то же время успокаивал. Он возбуждал страх и доверие. Мариус объяснил ему, в чем дело: господина, которого он знает только по виду, заманят сегодня вечером в ловушку. Сам он, адвокат Мариус Понмерси, живет в комнате, соседней с притоном, и слышал все через перегородку. Злодея, составившего заговор, зовут Жондреттом, у него будут сообщники, по всей вероятности, ночные бродяги, между прочим, некто Паншо, по прозванию Весенний, он же Бигрнайль, дочери Жондретта будут караулить. Нет никакой возможности предупредить человека, которому грозит опасность, так как он, Мариус, не знает даже его имени, и, наконец, все это должно произойти в шесть часов вечера в самой пустынной части бульвара Опиталь в доме No 50-52.

Услышав номер дома, инспектор поднял голову и спокойно спросил:

– Значит, в самой последней комнате по коридору?

– Именно так, – сказал Мариус и прибавил: – Разве вы знаете этот дом?

Инспектор с минуту молчал, а потом ответил, грея у огня подошву сапога:

– По всей вероятности, так.

И пробормотал сквозь зубы, как бы обращаясь не к Мариусу, а к своему галстуку:

– Здесь не обойдется без Патрон-Минета.

– Патрон-Минета? – с изумлением повторил Мариус. – Я действительно, слышал, как употребляли это выражение.

И он передал инспектору разговор, происходивший между бородатым человеком и его лохматым товарищем, сидевшими на снегу за стеной на улице Пти-Банкье.

– Лохматый, по всей вероятности, Брюжан, – проворчал инспектор, – а бородатый, должно быть, Пол-Лиар, он же Два Миллиарда.

Он снова опустил глаза и задумался.

– Что касается дяди Как-Бишь-Его, я подозреваю, кто это... Ну, вот я и прожег сюртук. Они всегда разводят слишком сильный огонь в этих проклятых печах!.. Итак, No 50-52. Старинное владение Горбо.

Он поднял глаза и взглянул на Мариуса.

– Вы видели только двоих: бородатого и лохматого?

– И Паншо.

– А не заметили вы, не шатался ли в тех местах довольно подозрительный франтик?

– Нет.

– И не видели вы громадного, массивного толстяка, похожего на слона в Ботаническом саду?

– Нет.

– А плутоватого прожженного молодца?

– Нет.

– Ну а что касается четвертого, то его не видит никто, не исключая и его адъютантов – помощников и служащих. Неудивительно, что вы не видели его.

– Не видал. Что же это за люди? – спросил Мариус.

– К тому же это совсем не их час, – пробормотал вместо ответа инспектор.