Отверженные - Часть третья - МАРИУС. Книга восьмая - МНИМЫЙ БЕДНЯК - 15. Жондретт делает покупки

Через некоторое время после этого, около трех часов, Курфейрак случайно проходил по улице Муфтар, в сопровождении Боссюэта. Снег падал все гуще и покрывал землю. Боссюэт только что собирался сказать товарищу: "Смотря на эти падающие снежные хлопья, можно подумать, что на небе начался мор белых бабочек". Вдруг он увидел Мариуса, который шел по направлению к заставе. У него был какой-то странный вид.

– Смотри-ка! Ведь это Мариус! – воскликнул Боссюэт.

– Я его видел, – сказал Курфейрак. – Не нужно подходить к нему.

– Почему?

– Потому что он занят.

– Чем?

– Да разве ты не заметил, какое у него лицо?

– Какое же?

– У него такой вид, как будто он следит за кем-нибудь.

– Это правда, – согласился Боссюэт.

– Посмотри, какие глаза он делает! – воскликнул Курфейрак.

– Но кого же, черт возьми, он выслеживает?

– Какую-нибудь красотку. Он влюблен.

– Да я не вижу тут никакой красотки, – возразил Боссюэт. – На улице нет ни одной женщины.

Курфейрак огляделся и воскликнул:

– Ага! Он следит за мужчиной!

На самом деле какой-то старик в фуражке шел шагах в двадцати впереди Мариуса. Курфейрак и Боссюэт видели не лицо, а спину этого человека, но сбоку можно было различить его седую бороду.

Он был в новеньком, слишком широком для него рединготе, из-под которого виднелись отвратительные, все перепачканные в грязи, оборванные панталоны.

Боссюэт расхохотался.

– Что это за фигура! – воскликнул он.

– Эта?.. – сказал Курфейрак. – Это – поэт. Поэты часто ходят в панталонах, как у тряпичников, и в рединготах, как у пэров Франции.

– Посмотрим, куда идет Мариус и куда идет этот человек. Пойдем за ними. Хорошо?..

– Боссюэт! – воскликнул Курфейрак. – Орел из Mo! Ты замечателен! Следить за человеком, который выслеживает другого!

И они повернули назад.

Мариус, увидев проходившего по улице Муфтар Жондретта, действительно стал следить за ним.

А Жондретт, ничего не подозревая, шел вперед.

Он свернул с улицы Муфтар, и Мариус видел, как он вошел в одну из самых ужасных лачуг улицы Грасьез. Он оставался там около четверти часа и снова вернулся на улицу Муфтар. Потом он вошел в скобяную лавку, которая в то время была на углу улицы Пьер-Ломбар; через несколько минут он вышел оттуда, держа в руке большое долото с белой деревянной рукояткой, и спрятал его под своим рединготом. В конце улицы Пти-Жантильи Жондретт повернул направо и быстро дошел до улицы Пти-Банкье. Начинало темнеть; снег, на минуту переставший, снова повалил. Мариус не пошел за Жондреттом и спрятался на самом углу улицы Пти-Банкье, как и всегда безлюдной. И хорошо сделал, потому что Жондретт, дойдя до низкой стены, за которой Мариус слышал разговор двух приятелей, бородатого и лохматого, оглянулся и внимательно осмотрелся кругом. Удостоверившись, что поблизости никого нет, что никто не следит за ним и не видит его, Жондретт перешагнул через стену и исчез.

Тянувшийся за стеной пустырь примыкал к заднему двору пользовавшегося дурной славой каретника, который когда-то отдавал внаем экипажи, а потом обанкротился. Впрочем, у него под навесом еще стояло несколько старых экипажей.

Мариус нашел, что благоразумнее всего, пользуясь отсутствием Жондретта, вернуться теперь же домой. К тому же становилось темно. Тетка Бугон, уходя мыть посуду в город, обыкновенно запирала входную дверь.

А так как Мариус отдал свой ключ инспектору, то ему нужно было поторопиться.