Русские народные сказки - Данило Бессчастный

Во городе Киеве у нашего князя Владимира много слуг и крестьян, да был при нем Данило Бессчастный дворянин: придет день воскресный – Владимир-князь всем по рюмке горького подаст, а ему в горб да в горб; придет большой праздник – кому награда, а ему все ничего! Накануне было светлого воскресения, во страстную субботу, зовет Владимир-князь Данилу Бессчастного, отдает ему на руки сорок сороков соболей, велит к празднику шубу сшить: соболь не делан, пуговицы не литы, петли не виты; в пуговицах наказано лесных зверей заливать, в петлях заморских птиц зашивать.

‎Опостылела Даниле Бессчастному работа, бросил – пошел за ворота, пошел ни путем ни дорогою и слезно плачет. Идет ему навстречу старая старуха:

– Мотри, Данило, не распороть бы те брюха! О чем ты, Бессчастный, плачешь?

– Ах ты, старая пузырница, – пузырем ж... заплачена, лихорадкой подхвачена! Поди прочь, мне не до тебя!

Отошел немного и думает: "Зачем я ее разбранил!" Стал к ней подходить и такие речи говорить:

– Бабушка-голубушка! Прости меня; вот мое горе: дал мне Владимир-князь сорок сороков неделаных соболей, чтоб заутра шуба поспела; были бы часты пуговицы литые, шелковые петли витые; в пуговицах были бы львы золотые, а в петлях были бы птицы заморские завиты – пели бы, распевали! А где мне того взять? Лучше за стойкой чарку водки держать!

‎Говорит ему старуха заплатано брюхо:

– А, теперь бабушка-голубушка! Поди же ты к синему морю, стань у сырого дуба; в самую полночь сине море всколыхается, выйдет к тебе Чудо-Юдо, морская губа, без рук, без ног, с седой бородою; ухвати его за бороду и бей по тех пор, пока Чудо-Юдо спросит: за что ты, Данило Бессчастный, бьешь меня? А ты отвечай: хочу, чтоб явилась передо мной Лебедь-птица, красная девица, сквозь перьев бы тело виднелось, сквозь тело бы кости казались, сквозь костей бы в примету было, как из косточки в косточку мозг переливается, словно жемчуг пересыпается.

Пришел Данило Бессчастный к синю морю, стал у сыра дуба. В самую полночь сине море всколыхалося, вышло к нему Чудо-Юдо, морская губа, без рук, без ног – одна борода седая! Ухватил его Данило за ту бороду и принялся бить о сырую землю. Спрашивает Чудо-Юдо:

– За что ты бьешь меня, Данило Бессчастный?

– А вот за что: дай мне Лебедь-птицу, красную девицу, сквозь перьев бы тело виднелось, сквозь тело бы – косточки, а из косточки в косточку мозг бы переливался, словно жемчуг пересыпался.

‎Через малое время плывет Лебедь-птица, красная девица; приплывает к берегу и говорит таково слово:

– Что, Данило Бессчастный, от дела лытаешь или дела пытаешь?

– Ах, Лебедь-птица, красная девица! Где от дела лытаю, а где вдвое пытаю. Вот Владимир-князь дал мне шубу сшить: соболь не делан, пуговицы не литы, петли не виты!

– Возьмешь ли меня за себя? В те поры все будет сделано!

Начал он думу думать: как возьму ее за себя?

– Ну, Данило, что думаешь?

– Нечего делать, возьму за себя.

Она крылышками махнула, головкой кивнула – вышли двенадцать молодцев, все плотники, пильщики, каменщики, и принялись за работу: сейчас и дом готов! Берет ее Данило за правую руку, целует во уста сахарные и ведет в палаты княжеские; сели они за стол, пили-ели, прохлаждалися, за одним столом обручалися.

– Теперь, Данило, ложись-почивай, ни о чем не помышляй! Все будет готово.

‎Уложила его спать, сама вышла на хрустальный крылец, крылышками махнула, головкой тряхнула:

– Родимый мой батюшка! Подавай мне своих мастеров.