В одной деревне жил шут. Какой-то поп вздумал ехать к нему, говорит попадье:
– Ехать было к шуту, не сшутит ли каку шутку!
Собрался и поехал; шут по двору похаживает, за хозяйством присматривает.
– Бог в помощь, шут!
– Добро жаловать, батюшка! Куды тебя бог понес?
– К тебе, свет; не сшутишь ли шутку мне?
– Изволь, батюшка; только шутку-то я оставил у семи шутов, дак снаряди потеплей да дай лошади съездить за нею.
Поп дал ему лошадь, тулуп и шапку. Шут сел и поехал. Приехал к попадье и говорит:
– Матушка! Поп купил триста пудов рыбы; меня вот послал на своей лошади к тебе за деньгами, триста рублей просит.
Попадья тотчас отсчитала ему триста рублей; шут взял и поехал назад. Приезжает домой, тулуп и шапку положил в сани, лошадь в ограду пустил, а сам спрятался. Поп пождал-пождал, не мог дождаться, собрался и воротился к попадье. Она спрашивает:
– А где рыба-то?
– Какая рыба?
– Как какая! Шут приезжал за деньгами, сказывал, будто ты заторговал триста пудов рыбы; я ему триста рублей дала.
Узнал поп, каковую шутку сыграл над ним шут!
На другой день собрался, и опять к шуту. Шут знал, что поп приедет, переоделся женщиной, взял пресницу и сел под окошко, сидит да прядет. Вдруг поп:
– Бог в помочь!
– Добро жаловать!
– Дома шут?
– Нету, батюшка!
– Где же он?
– Да ведь он, батюшка, с тобой вчерась пошутил да после того и дома не бывал.
– Экой плут! Видно, назавтрее приезжать.
На третий день приехал; шута все нет дома. Поп и думает: "Чего же я езжу без дела? Эта девка, знать, сестра его, увезу ее домой, пусть зарабливает мои деньги". Спрашивает ее:
– Ты кто же? Как шуту доводишься?
Она говорит:
– Сестра.
– Шут у меня триста рублей денег взял, так ступай-ка, голубушка, зарабливай их...
– Дак что! Ехать дак ехать!
Собралась и поехала с попом. Живет у него уж и долго.
У попа были дочери-невесты. Вдруг к нему сватовщики – какой-то богатый купец начал сватать дочь за сына. Поповски дочери что-то купцу не понравились, не поглянулись, он и высватал стряпку, шутову сестру. Веселым пирком да и за свадебку. Справили все как следует. Ночью молодая говорит мужу:
– Высади меня в окошко по холсту поветриться; а как тряхну холстом, назад тяни.
Муж спустил ее в сад; женушка привязала вместо себя козлуху, тряхнула – молодой потащил. Притащил в горницу, смотрит – козлуха.
– Ох, злые люди испортили у меня жену-то! – закричал молодой; все сбежались, начали возиться с козлухой; дружки взялись наговаривать, чтобы обратить ее в женщину, и совсем доконали-замучили: пропала козлуха!
Шут между тем пришел домой, переоделся и поехал к попу. Тот его встретил:
– Милости просим, милости просим! – угощает.
Шут сидит, ест да пьет; те-други разговоры; он и спрашивает:
– Батюшка, где же моя сестра? Не увозил ли ты?
– Увез, – говорит поп, – да и отдал взамуж за богатого купца.
– А как же, батюшка, без моего спросу отдали ее взамуж? Разе есть таки законы? Ведь я просить пойду!
Поп биться-биться с ним, чтобы не ходил в просьбу. Шут выпросил с него триста рублей; поп отдал. Шут взял и говорит опять:
– Ладно, батюшка, теперь своди-ка меня к сватушку-то; покажи, каково они живут.
Поп не захотел спорить; собрались и поехали.
Приезжают к купцу; тут их встретили, начали потчевать. Шут сидит уж и дивно времени – сестры не видать, и говорит он:
– Сватушка, где же моя-то сестра? Я давно с ней не видался.
Те посемывают. Он опять спрашивает; они и сказали ему, что злы люди похимостили, испортили ее в козлуху.