Запели жрецы, распахнулись врата – восхищенный
Великий добрый человек
В лунном кружеве украдкой
На раздробленной ноге приковыляла,
В красном тереме с няней родной,
Что, дремучий лес,
Там, где было белое зданье,
Открывал ей все тайны с людьми,
В жизни мрачной и презренной
А нам радость, а нам смех.
Морфей, до утра дай отраду
И не то что наш брат крепостной,
В глазах красавицы моей.
Едет стрелок в зелены́е луга,
Я долго в сумеречном свете
Связует здесь и там; лишь два пути открылись:
Безгласно отхожу, покинув ясный брег,
Свой дикий чум среди снегов и льда
Чистый ключ у ней с горы
