На дремучий, темный лес
Рассыпался чертог из янтаря, –
Забвенью вечному, быть может,
Ночь волновалась, скрипка пела...
Как побелели цветы!
Поэзией зовет. Она в моем наследстве.
Не чудно ль, что зовут вас Вера?
Аптекарша не спеша достает с полки банку и начинает вешать. Покупатели, не мигая, глядят на ее спину; доктор жмурится, как сытый кот, а поручик очень серьезен.
Под небом мертвенно-свинцовым
В синих далях плоскогорий,
Советница. Вот прямые правила жизни, душа моя. Я не была в Париже, однако чувствует сердце мое, что ты говоришь самую истину. Сердце человеческое есть всегда сердце, и в Париже и в России: оно обмануть не может.
И больше не будет соблазна судьбы.
Затем печальна и грустна
– Наконец-таки я очнулся! – говорит он. – Пора уж и за ум взяться. Побезобразничал и будет с меня.
Плетневу
Я с благодарностью отдам
Кто муки знал когда-нибудь,
Сосет и смотрит светлыми глазами,
В зимний вечер по задворкам
Ой, как выходила Марфа за ворота,
