И звучит свежо и юно
Запели жрецы, распахнулись врата – восхищенный
Шла я, душой несвободная,
Ночью, звездной и студеной,
Арист! и ты в толпе служителей Парнаса!
Все, что хранит и будит силу
Зашелестела тонкая трава.
Но вправе же за то и мы над ним смеяться.
Раз шахтеры
Нет, не черкешенка она;
Лишь суслики во ржи скликаются свистками,
Знахарка в нашем живет околодке:
С ее неверными дарами.
Душно в кузнице угрюмой,
На озере, внизу, стоял посад.
И ты, им преданный народ.
Кто может быть тайный, нежданный пришлец?
Как дядю моего, Ивана Ильича,
И в сердце стихнувшем уснуло,
