Светло в светлице от окна,
Когда он, выпив воды, вернулся в вагон, чухонец сидел и курил. Его трубка сипела и всхлипывала, как дырявая калоша в сырую погоду.
Словно сонная мечта,
Чайка, серая чайка с печальными криками носится
И самый страх есть чувство пустоты.
В великой, непрестанной тишине.
Опять я еду чистым полем,
В полдневный жар в долине Дагестана
Я оклеветан перед вами;
Гуляли, мстя своим врагам.
Поля и осень. Море и нагие
Как ясен Август, нежный и спокойный,
– Папаша, мужик муку привез! – крикнул Ваня.
Ищу в душе своей волненья.
Нет, Музы ласково поющей и прекрасной
Вам, проживающим за оргией оргию,
Взыграйте, ветры, взройте воды,
Что смолкнул веселия глас?
Они расстались в безмолвном и гордом страданье
Настанет вечер, сяду у окна...
