Не думая о балах, о Париже,
Река несла по ветру льдины,
Ему бы вылезти из саней и узнать, в чем дело, но во всем теле стоит такая лень, что лучше замерзнуть, чем двинуться с места... И он безмятежно засыпает.
Когда твой друг на глас твоих речей
На прошедший век
В эту ночь беспредельную, дева моя,
Настала осень; непогоды
И над лесом вечереющим
С гремушкой, лаврами и с розгами в руке.
Он шел и нес свое чудо,
Ангел навеет рукой белоснежною
Он помолчал; страшное спокойствие, похожее на неподвижность работающего парового котла, дало ему силы говорить дальше.
Люблю я немятого луга
И, виясь, затрещит можжевельник,
Слепец, страданьем вдохновенный,
Всепроникающий и близкий к цели.
Золотистому солнцу на льду.
Одно веленье Высшей Воли.
Чудесный дар богов!
Ой, мне дома не сидится,
