Катерине Алексеевне Андреевой
Стой со сжатыми скулами:
Мне брови чудятся, высокие, дугой.
В том гроте сумрачном, покрытом виноградом,
Горный король на далеком пути.
Средь видений, сновидений,
Когда поспорить вам придется,
И слабо брезжит свет над сумраком земли.
Ты позабыл слова запрета!
Не знал души твоей тогда.
Американка в двадцать лет
И ни единый дар возлюбленной моей,
Откуда чудный шум, неистовые клики?
Меркнет свет в небесах.
Все у тебя впереди!
И славы блеск, и мрак изгнанья,
И все в один сливалось строй,
Над чернотой твоих пучин
На песок у моря синего
Пой в восторге, русский хор,
