На Каченовского
К морским крутым волнам, гудящим на песке,
Отблеск янтаря,
Однажды женщины Эрота отодрали;
Смерть
Лохмотья, нож – и цвета черной крови
В сиянье, в радостном покое,
Предшественница дня златого,
О доме Эшеров Эдгара пела арфа.
Отворите мне темницу,
Душа поэта улетит,
За голос ласковый, за нежный цвет ланит,
Курган разрыт. В тяжелом саркофаге
Ночка сегодня морозная, ясная.
Светит в горы небо голубое,
Я верю: я любим; для сердца нужно верить.
Ее души невинной и приветной.
Усадьба по-осеннему молчала.
И гений, парадоксов друг,
И не одно сокровище, быть может,
