Люблю дорожкою лесною,
Здесь прихожане – дети праха
И доблестью своих детей.
То заплачет, как дитя.
Молись, дитя, мужай с летами!
Снилось ты нам с наших первых веков
В холодный зал, луною освещенный,
С застывшими в блеске зрачками,
Я не дитя, хоть и поэт.
Венки готовы. Мальчик! лей.
Идет, темнея, в сумрак летней ночи,
Во сыром-темном бору...
Мглисто-багровый морской горизонт,
Все на руках своих детей
Тает, сияет луна в облаках.
В тихий терем, дитя, постучись.
как девочка мячиком.
Дитя харит и вдохновенья,
Три пастуха за ним, дети страны той пустынной,
Как послушная дитя;
В прекрасное дитя...
И ветер, играя листвой,
Горите белыми огнями,
Средиземной волны, – как дитя
Играй, прелестное дитя,
Как любил я, как люблю я эту робость первых встреч,
Растет дитя – печаль,
Меркнет свет в небесах.
Ни человек, ни зверь, ни птица
Каких ребенок рад набрать со всех сторон
И дети и жена кричали мне с порогу,
Судьбой гуляющих детей.
Ночью лампа на окне стояла,
Ты проклял ли, пророк, бессмысленных детей,
Мерзнут дети на ложе своем.
Спят луга, спят леса,
Вон девочка несчастная,
И благодарный, как дитя!
Брегитесь вы, о дети мудрой лени!
Звезды слезами текут с небосклона ночного,
На позабытом тракте к Оренбургу,
Борьба не тихнет. В каждом доме
И нежный мальчик – Домби-сын.
Пустынник нам сказал: "Благословен господь!
"Золото, золото падает с неба!" –
Милую, смутную жизнь предавал и с цветущим пределом
Дети мои...
Собрала детей,
Кончил учитель урок,
Проникнут богом – жизнью, красотою.
