Я памятник себе воздвиг нерукотворный

Блеща средь полей широких,

В слезах раскаянья, с любовию в очах,

Задремали звезды золотые,

Прости, счастливый сын пиров,

Дозором ездит по Тавриде

Здесь недоступны неба своды

Поэт печальный и суровый,

Тихо дремлют в тумане плетни.

С жаркой страстью на устах.

И, прешед мало, паде на лице своем, моляся и глаголя: отче мой, аще возможно есть, да мимо идет от мене чаша сия: обаче не яко же аз хощу, но яко же ты.

Целый день сырой осенний воздух

На лире скромной, благородной

За Мертвым морем – пепельные грани

Я не поклонник радости предвзятой,

Несутся звуки с колоколен,