Приключения Гекльберри Финна - Глава 4. Медленно, но верно. - Гек и судья. - Суеверие.

Прошло три-четыре месяца; наступила зима. Я почти все время ходил в школу, научился читать по складам, немного писать и затвердил таблицу умножения до того места, где говорится, что шестью семь – тридцать пять, только едва ли я когда-нибудь доберусь до конца за всю свою жизнь. У меня нет способностей к математике – это несомненно.

Сперва я ненавидел школу, но мало-помалу привык Когда уж очень мне надоедало ученье, я отправлялся куда-нибудь бесцельно побродить; на другой день мне задавали порку, и это меня немножко оживляло и подбодряло. Чем дольше я посещал школу, тем мне становилось легче. Точно так же я немного попривык к образу жизни вдовы и уже не находил его таким несносным. Конечно, жить в доме, спать в постели все еще казалось мне немного диким, и покуда не наступила стужа, я постоянно убегал ночевать в лес – это было для меня большой отрадой. Старая жизнь казалась мне больше по сердцу, но я начинал понемногу осваиваться и с новой жизнью. Миссис Дуглас говорила, что я иду вперед тихим, но верным шагом и что я значительно исправился против прежнего. Теперь уж ей нечего краснеть за меня.

Однажды утром, за завтраком, я нечаянно опрокинул солонку. Сию же минуту я хотел схватить щепотку соли и перекинуть ее за левое плечо, – это делается для того, чтоб отогнать беду, – но мисс Уотсон не позволила да еще накинулась на меня с нотацией:

– Перестань дурачиться, Гекльберри, вечно ты что-нибудь напроказишь!

Вдова вставила доброе словечко в мою защиту, но этого мало, чтобы отогнать беду, – я это хорошо знал.

После завтрака я вышел из дому вялый и не в духе, – уж непременно что-нибудь случится со мной неладное! Только что и где? Знал я разные средства против сглазу и других напастей – но это все не то. Так я и не стал ничего пробовать и бродил, унылый, в ожидании беды.

Я прошел по саду и перелез через высокий забор. На земле лежал густой слой свежевыпавшего снега, а на нем явственно виднелись следы нон очевидно, кто-то пришел из каменоломни, постоял-постоял возле калитки, потом обошел вокруг садовой ограды. Странно, что он не вошел в сад, вместо того чтобы топтаться на месте. Что за оказия? Признаться, это показалось мне очень любопытным. Я уж собирался тоже обойти вокруг забора, но сперва остановился рассмотреть следы ступней. На первых порах я ничего не заметил особенного, но потом различил на левой подошве отпечаток креста, сделанного из гвоздей, – чтобы отгонять нечистую силу.

Я вскочил как ужаленный и пустился бежать с горы, беспрестанно оглядываясь назад – не гонятся ли за мной. В одну минуту я очутился у судьи Тэчера.

– Здравствуй, мальчуган, как ты запыхался! Что, небось пришел за своими процентами?

– Нет, сэр. А разве мне следует получить?

– О да, за целых полгода, вчера был срок. Около ста пятидесяти долларов. Целое богатство для тебя. Лучше позволь мне поместить эти деньги вместе с твоим капиталом в шесть тысяч; а то, если возьмешь их, сразу истратишь.

– Нет, сэр, я ничего не хочу истратить, да и не надо мне вовсе никаких денег – даже и тех шести тысяч!.. Возьмите их себе; я желаю подарить вам шесть тысяч и все остальное!

Судья удивленно смотрел на меня. Он никак не мог прийти в себя от изумления.

– Что это значит, мальчуган?

– Не расспрашивайте меня ни о чем, пожалуйста. Так возьмете деньги, что ли?

– Ты меня ставишь в тупик, – сказал он. – Не случилось ли чего?

– Берите деньги, ради бога, и не расспрашивайте, чтобы мне не приходилось лгать.