Приключения Гекльберри Финна - Глава 28. Сборы в дорогу. - «Негодяй!» - «Королевский камелеопард». - Мэри Джен решилась уехать. - Оригинальная болезнь. - Новые наследники.

Между тем пришла пора вставать; я спустился со своего чердака; проходя мимо комнаты девушек, я увидел, что дверь приотворена и Мэри Джен сидит над открытым старым чемоданом – она укладывала свои вещи, собираясь ехать в Англию. Но в эту минуту она сидела со сложенным платьем на коленях и, закрыв лицо руками, горько плакала. Мне стало ужасно жаль ее – да и всякий на моем месте почувствовал бы сострадание. Я вошел к ней.

– Мисс Мэри Джен, вот вы не можете видеть людей в горе, – и я тоже не могу, право! Скажите, что с вами, почему вы плачете?

Она плакала о неграх. Так я и думал. Она говорила, что теперь чудное путешествие в Англию для нее отравлено – она не может быть там счастлива, зная, что бедная негритянка навеки разлучена с детьми! Тут она еще пуще залилась слезами.

– О боже мой, боже мой! – твердила она в отчаянии, – Подумать страшно – они никогда, никогда больше не увидятся!

– Увидятся непременно, – воскликнул я, – и не далее как через две недели – уж я знаю!

Вот и вырвалась у меня тайна нечаянно, не успел я опомниться! Девушка вдруг обвила мне шею руками, умоляя повторить это еще и еще раз!

Я спохватился, что сказал слишком много и чересчур неожиданно – вот и очутился припертым к стене. Я попросил ее дать мне срок подумать немного, собраться с мыслями. Она сидела взволнованная, прелестная, сгорая от нетерпения, но все-таки имела вид счастливый, довольный, точно человек, у которого выдернули больной зуб.

А я все размышлял: мне кажется, человек, говорящий правду, когда он попадет в затруднительное положение, подвергается большому риску (я этого не испытал, но мне так кажется), а между тем вот здесь вышел такой случай, что сказать правду – как будто и лучше и безопаснее, нежели солгать... Надо это запомнить и когда-нибудь основательно обдумать на досуге – так это странно и неестественно. Ничего подобного со мною до сих пор не бывало. Ну, ладно, попробую: возьму да и скажу на этот раз всю правду, хотя это все равно выходит, что сесть на пороховую бочку и взорвать ее с целью посмотреть, что из этого выйдет!

– Мисс Мэри Джен, – начал я, – есть у вас такое место недалеко, за городом, куда вы могли бы поехать погостить денька на три, на четыре?

– Как же, есть... к мистеру Лотропу. Зачем ты это спрашиваешь?

– Все равно зачем... Если я скажу вам, как я узнал, что негры увидят друг друга недели через две здесь, в этом самом доме, и притом докажу вам, что это сущая правда, – согласитесь ли вы уехать к мистеру Лотропу и остаться там четыре дня?

– Четыре дня! – воскликнула она. – Да я готова остаться там хоть целый год!

– Прекрасно, мне больше ничего не нужно, достаточно вам дать слово – оно для меня важнее, чем присяга на Библии со стороны кого-нибудь другого.

Она улыбнулась и покраснела.

– Позвольте, – сказал я, – затворить дверь и задвинуть засов.

Сделав это, я вернулся на место.

– Ради бога, не вскрикивайте, сидите смирно, будьте мужественны. Я скажу вам всю правду; вам надо приготовиться, мисс Мэри Джен, дело очень неприятное... тяжело вам будет, да делать нечего. Эти дяди ваши – вовсе не дяди, а мошенники, отчаянные плуты!.. Ну, теперь, мисс Мэри Джен, самое худшее сказано – остальное вы легко вынесете.