Приключения Гекльберри Финна - Глава 31. Зловещие замыслы. - Джим исчез! - Воспоминания. - История об овцах. - Полезные справки. - В глубь страны., страница 140

Я пошел по дороге. Поравнявшись с мельницей, я увидел на ней надпись "Лесопильня Фелпса"; в двух-трех сотнях ярдов дальше раскинулись здания фермы, но как я ни таращил глаза, не увидел ни души, хотя уже совсем рассвело. Мне это было с руки, я даже не желал пока никого встречать, – а только ознакомиться с местностью. Согласно моему плану, я должен был явиться туда со стороны селения, а не с берега. Оглядев хорошенько все окрестности, я прошел прямо в городок. Представьте, первый, кого я увидел, придя туда, был герцог! Он наклеивал на стену афишку про "Царственное диво" – представление всего на три вечера, точь-в-точь как в тот раз. Каково нахальство! Я прямо наскочил на него, даже вскрикнуть не успел. Он очень удивился.

– Здравствуй! Как ты сюда попал? Откуда? – Затем прибавил радостным, довольным тоном: – Ну что, где плот? Спрятан в надежном месте?

– А я было собирался спросить то же самое у вашей светлости, – отвечал я.

Веселость его немного поубавилась.

– У меня? С какой стати?

– А вот с какой: вчера, увидев короля в этом кабачке, я подумал, что не удастся нам заполучить его домой еще несколько часов, покуда он не протрезвеет; ну я и пошел бродить по городу, чтобы как-нибудь убить время. Какой-то человек пообещал дать мне десять центов, чтобы я помог ему переправить на ялике через реку овцу, – я и согласился. Но когда мы тащили ее к ялику и человек дал мне подержать веревку, а сам стал подталкивать ее сзади, овца вырвалась и убежала; мы за ней. Собаки с нами не было, так что нам пришлось гоняться за овцой по окрестностям, пока она не выбилась из сил. Мы ее поймали уже в сумерках, и я отправился к плоту. Смотрю – нет его! Ну, думаю, наши-то, наверное, попали в беду и отчалили, да вдобавок прихватили с собой моего негра, единственного негра, который у меня остался на свете! А я-то, бедный, очутился на чужбине и нет у меня больше ничего, никакого имущества и никаких средств зарабатывать себе пропитание! Я сел и заплакал. Всю ночь я провел в лесу. Но что же сталось с плотом в таком случае? А Джим, несчастный Джим!

– Черт возьми, я ничего не понимаю... то есть не знаю, куда девался плот. Оказывается, этот старый дуралей обделал одно дельце и получил сорок долларов, но когда мы отыскали его в кабаке, бродяги уже пропили с ним все денежки и обобрали его как липку. Наконец, когда я привел его домой ночью и увидал, что нет плота, я сказал ему: "Этот маленький негодяй украл наш плот и бросил нас, уплыв дальше..."

– Ну вот! Стал бы я бросать негра, единственного своего негра, все свое достояние!

– Об этом мы и не подумали. Дело в том, видишь ли, что мы привыкли смотреть на негра как на нашу собственность, да, именно так Мало ли мы из-за него натерпелись бед! Так что, когда мы увидали, что плот уплыл, а мы очутились как раки на мели, мы решили еще раз попытать счастья с "Камелеопардом". С тех пор я и маюсь. В горле у меня пересохло, точно в пороховнице. А где твои десять центов? Давай-ка их сюда!

Денег у меня было довольно, и я беспрекословно дал ему десять центов, только попросил его купить на них что-нибудь поесть и поделиться со мной, потому что больше денег у меня нет ни гроша, а я еще ни крохи не ел со вчерашнего дня. Он промолчал, потом вдруг вскинулся на меня:

– А что, этот негр выдаст нас, как ты думаешь? Мы спустим с него шкуру, если он посмеет сделать это!

– Как же он может выдать? Ведь он убежал!