Приключения Гекльберри Финна - Глава 37. Последняя сорочка. - Общее отчаяние. - Приготовления к побегу. - Заколдованный пирог., страница 164

– Право, никак не могу припомнить, когда я это их заделал! Я мог бы ей доказать теперь, что я вовсе не виноват в пропажах. Ну, да ничего – пусть так останется. Я думаю, это все равно не помогло бы.

Бормоча про себя, он поплелся наверх, и мы тоже скоро ушли из погреба. Славный был старичок!

Том ужасно беспокоился, как нам быть с ложкой, – он говорил, что необходимо достать ложку, и принялся думать. Когда он придумал средство, он мне сообщил его, и вот мы пошли караулить возле корзинки с ложками, покуда не появилась тетя Салли. Том при ней начал считать ложки и откладывать их в сторону одну за другой, а я потихоньку стянул одну из них.

– Однако, тетя Салли, ведь и теперь всего девять ложек, – сказал Том.

– Ступай играть и не надоедай мне, – отвечала она, – мне лучше знать, я сама их пересчитала.

– И я пересчитывал два раза, тетушка, никак не могу счесть больше девяти...

Она потеряла, наконец, всякое терпение, но, разумеется, сейчас же принялась опять считать ложки, – всякий бы сделал это на ее месте.

– Экая пропасть! Опять их всего девять штук! – воскликнула она, – Провались они совсем, проклятые, пересчитаю еще раз.

Тем временем я успел подложить опять ту ложку, которую стащил; окончив считать, она говорит:

– Ну их совсем – теперь опять оказывается десять штук!

Тетушка была сбита с толку и раздосадована.

– Извините, тетя, я не думаю, чтоб их было десять, – заметил Том.

– Глупый! Разве ты не видел, как я их считала?..

– Знаю, да только...

– Ладно, еще раз пересчитаю.

Я вторично стянул одну ложку – и опять у нее вышло девять, как в тот раз. Тут она совсем взбеленилась – задрожала всем телом, до того была рассержена. Но все-таки продолжала считать и пересчитывать, покуда не запуталась совсем – стала уже считать корзинку вместо ложки: три раза у нее выходил верный счет, а три раза неверный. Наконец, она схватила корзинку с ложками, швырнула ее на другой конец комнаты, кстати и кошке достался здоровый пинок ногой; а всем нам рассерженная хозяйка велела убираться с глаз долой, и если кто попадется ей под руку и будет надоедать ей до обеда – того она высечет. Так мы и добыли заколдованную ложку; Том сунул ее мимоходом в карман тетушкиного передника, покуда она выпроваживала нас вон, и Джим скоро получил ложку вместе с гвоздем. Мы остались очень довольны этим делом; Том находил, что оно стоит таких хлопот и труда, потому что теперь уж хозяйка ни за какие блага в мире не пересчитает ложки два раза одинаково и даже не поверит сама себе, если сочтет их верно, до того все перепуталось у нее в голове.

Ночью мы повесили простыню обратно на веревку, а другую украли у тетушки из бельевого шкафа; потом дня два то клали ее назад, то опять уносили, покуда она, наконец, потеряла всякий счет, никак не могла сообразить, сколько у нее простыней, и объявила, что ей все равно, – не станет же она выматывать себе всю душу из-за такой дряни – лучше умрет, а не примется опять считать их сызнова.

Таким образом, пропажа рубахи, простыни, ложки и свечей объяснилась довольно удачно при помощи теленка, крыс и путаного счета; что касается подсвечника, то это пустяки, авось как-нибудь обойдется.