Приключения Гекльберри Финна - Глава 6. Отец ссорится с мистером Тэчером. - Гек решается бежать. - Политическая экономия. - Бред., страница 20

– И это называется правительством! Полюбуйтесь-ка, на что оно похоже! Какие-то там законники, крючкотворы собираются отнять у человека его сына – его собственного, родного сына, которого он воспитал, не жалея ни трудов, ни забот, ни расходов! Да-с, – и вот когда человек, наконец, под нял сына на ноги, когда парень может начать трудиться, делать что-нибудь для отца, успокоить его в старости – тут вдруг закон хочет разлучить их. И это у нас называется правительством! Но это еще не все. Закон ведет руку старого судьи Тэчера, помогает ему отнимать у меня мою собственность. Хорош закон! Оттяпывает у бедного человека шесть тысяч долларов, заставляет его жить в скверной, старой лачуге, заставляет ходить в лохмотьях, в грязи, словно свинью какую! Это называется правительством! Вот как уважают права человека! Иной раз приходит мысль просто бросить все раз и навсегда и уехать из страны. Да, так я и сказал им, сказал прямо в лицо старику Тэчеру – там было их много, все слыхали! Я сказал, что готов за два цента бросить эту проклятую страну и никогда в нее не возвращаться. Вот мои собственные слова. Взгляните, говорю, на мою шляпу – можно ли назвать это шляпой – тулья вся отстала, а поля падают чуть не до подбородка, разве это шляпа? И этакое-то воронье гнездо я должен носить, ну, подобает ли это мне, одному из богатейших людей в городе, если б только я мог отстоять свои права? Да, чудное наше правительство, право, чудное! Возьмите хоть такой пример: был у нас один вольный негр из Огайо, мулат, почти такой же белый, как белые люди; одевался щеголем – рубаха чистейшая, шляпа сияет, ни у кого в городе нет такого хорошего, тонкого платья, и часы у него есть с цепочкой, и палка с серебряным набалдашником – словом, этот малый первейший франт в штате. Что ж вы думаете? Рассказывают, будто он учитель в каком-то колледже, говорит на разных языках и всему обучен. Да это бы еще куда ни шло, а вот что рассказывают: будто он пользуется правом избирательного голоса у себя дома. Ну, знаете, это меня взорвало! Куда мы идем, спрашивается? Был как раз день выборов, я сам собирался идти подавать голос, я не был слишком пьян... но когда мне сказали, что есть такой штат в нашей стране, где позволяют негру подавать голос, я сейчас же на попятную. Нет, говорю, я никогда больше не стану голосовать! Это я им объявил прямо в глаза, все слыхали мои слова, хоть убейте – не стану подавать голоса. И надо было видеть, как этот негр важничал, представьте, не хотел уступить мне дороги. Желал бы я знать, спрашиваю, почему этого нахала не продадут с молотка? Что ж, вы думаете, мне отвечали? Будто его продать нельзя, если он не пробыл в штате шести месяцев, а он столько еще не пробыл. Вот вам образчик! Ну, что это за правительство, когда нельзя даже продать негра, если он не прожил в штате шести месяцев! А еще зовется правительством, воображает себя правительством, когда не смеет шевельнуться целых шесть месяцев, не может забрать в руки проклятого негра, бродягу, вора в чистой рубашке и...